Документов : 25395, Книг : 1261, Новостей : 277, Вопросов/Ответов : 1046/1019, Бизнес-терминов : 33446, Статей : 2825, Объявлений : 66, Банков : 1063
ГлавнаяСделать стартовойДобавить в избранное
УЧ.СТ.ЦБ:   8.25%|МРОТ:   4331

Типовые образцы договоров, документов и других деловых бумаг, своды законов и кодексов, сборник нормативов и стандартов, каталог бизнес-планов и идей, рейтинг банков России


г. Москва
« 21 »  Июля  20 19 г.

Реклама

Новости

  Бахрейн инвестирует в Крым €500 млн
Представитель бахрейнской компании в Центральной и Восточной Европе Штефан Довина заявил, что фирма.



  Глава МИД Британии назвал главную угрозу для человечества
Глава британского МИДа Джереми Хант назвал главную угрозу для человечества.



  Домашние наземные СЭС вновь получили «зеленый» тариф
11 июля Верховная Рада успешно приняла законопроект №10357. По его условиям, владельцы домашних солнечных электростанций мощностью до 30 кВт вновь могут претендовать на «зеленый» тариф, пишут AIN.UA Ранее закон закон 2712-VII ограничил эти права —...



  Видео: Армия Порошенко: пропаганда и реальность
Видео: Армия Порошенко: пропаганда и реальностьПетр Порошенко любит хвастаться мощью украинской армии, называя ее «сильнейшей в Европе», но в это же самое время солдаты «самой патриотичной армии» гниют в окопах.



  Повестка ВККС: назначения, жалобы и отставки
Повестка ВККС: назначения, жалобы и отставкиНовая, шестая сессия Высшей квалифколлегии судей, пройдет с 22 по 25 июля. Квалифколлегии предстоит рассмотреть кандидата в судьи Экономколлегии ВС, выбрать председателей арбитражей, судей новых судов и изучить жалобы тех, кого лишили полномочий.



  Уйдут ли Visa и Mastercard из России?
Карточка Карточка Карточка Карточка Карточка Карточка Карточка




Архив новостей

«Февраль, 2018»
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728    

Наши кнопки и ссылки

Размести на своем сайте HTML код с нашей кнопкой
Получить код
Обмен кнопками


Главная :: Новости :: Новости рубрики Банки за 14.02.2018


Новостные рубрики

Бизнес


Политика и законодательство


Экономика и финансы


Новости в мире


Новости образования


Зарубежная пресса


Каталог юридических статей


ООН. Новости


законы, указы


Кредитование


Право


Банки


Здравоохранение




Деловые новости рубрики Банки за 14.02.2018

14.02.2018 00:00 «Микрофинансовый супермаркет»: почему ни у кого не получается

Насколько жизнеспособна концепция «универсального микрофинансирования» в нынешних реалиях рынка? Есть ли в России реальные микрофинансовые супермаркеты? Останется ли в выигрыше от общения с ними заемщик?Чем больше — тем лучше?Спрос на микрозаймы, стремительно выросший в 2015-м (+30% договоров за год) и особенно 2016-м (+68%) годах, побудил многие МФО начать осваивать непрофильную деятельность: продавать страховки, сим-карты, турпутевки, сотрудничать с негосударственными пенсионными фондами, ломбардами. Основными причинами такого разворота стали стремление к увеличению прибыльности бизнеса на волне клиентского ажиотажа, получение дополнительных «плюсов» в усиливающейся конкурентной борьбе, решение вопроса с финансовым обеспечением растущего количества займов (фондирования МФО). Сама идея финансового супермаркета, активно взятая в проработку отечественными МФО, далеко не нова. Организации, предоставлявшие клиентам комплекс финансовых и близких к ним услуг «под одной крышей», появились в США еще в 1920-х годах. Затем, после долгого периода затишья, они возродились с новой силой по всему миру в 1980—1990-х. Сегодня считается, что модель финансового супермаркета используют большинство европейских, а также ряд прочих ведущих банковских групп. Среди основных преимуществ, с клиентской точки зрения, в этом случае традиционно называются удобство доступа к широкому диапазону услуг в одном месте, экономия времени (зачастую и денег), возможность приобретения комплексных продуктов и составления индивидуальных финансовых «конструкторов».Сторонники концепции среди представителей российского микрофинансового бизнеса, как правило, говорили о схожих потребительских «бонусах». Даже ярко выраженная рыночная специфика — как, например, в случае с кооперацией ломбардов и МФО — в этом смысле лишь подчеркивала основной посыл в адрес заемщиков: возможность выбора лучшего варианта (в данном случае финансирования) в одном месте и в одно время. В онлайн-вариантах «супермаркетов» и сетевых структурах акцент также делался на «здесь и сейчас», но применительно к наличию дополнительных продуктов, которые могли бы оказаться полезными для клиентов (в отличие от конкурентов, у которых такой возможности не было).ЦитатаРынок и клиенты интереса не проявили2017 год, похоже, убрал вопрос становления «супермаркетов», по крайней мере в рыночных масштабах, с актуальной повестки дня. Наглядное подтверждение: из 60 микрофинансовых компаний (МФК), состоявших в реестре на конец 2017 года, лишь три открыто предлагали у себя на сайтах дополнительные услуги клиентам (страхование, проверку кредитной истории, услуги доктора, юриста, негосударственного пенсионного обеспечения, использование личного кабинета платежной системы). В отношении микрокредитных компаний (МКК) получить аналогичную статистику сложнее. Однако сколько-либо значимых сообщений насчет становления из их числа «супермаркетов» в течение года в медийном пространстве не появлялось. Дополнительные услуги в практике МКК в большинстве случаев носят частный характер. При этом наиболее частой причиной диверсификации бизнеса стоит считать, скорее, вынужденный симбиоз: как, например, в случае совмещения на одной площади ломбарда и пункта выдачи займов для экономии на арендной плате.Почему же, казалось бы, столь перспективный тренд не получил развития? Дополнительные услуги оказались преимущественно не востребованы клиентами МФО. В отличие, например, от банков, клиенты которых обладают большим «пространством для маневра» как во времени, так и в финансовом отношении (что делает уместным предложение им допуслуг), заемщики МФО, особенно в секторе PDL (займы до зарплаты), прямо ориентированы на скорейшее решение текущих, часто неотложных финансовых вопросов. Все прочее им попросту неинтересно. Принудительное навязывание продуктов (в том числе через «мелкий шрифт») в условиях повышения финансовой грамотности заемщиков и пристального контроля деятельности МФО со стороны регулятора и СРО для бизнеса как минимум чревато серьезными последствиями и поэтому также не получило распространения.Условия предоставления дополнительных услуг и продажи дополнительных продуктов у МФО оказались менее привлекательными, нежели у других партнеров (либо напрямую у поставщика). Это касается как партнерских «накруток» (еще более увеличенных в случае с офлайн-сетями — ведь необходимо покрыть расходы на наличие ассортимента в каждой точке, на обучение персонала), так и широты ассортимента и уровня предлагаемых решений. В последнем случае конкуренция МФО с банками (в том числе в плане функционала их онлайн-порталов), сотовыми операторами и другими крупными федеральными структурами (например, Почтой России) выглядит все менее обоснованной.ЦитатаВ условиях продолжения роста спроса на микрозаймы у населения (+78% к количеству действующих заемщиков за три квартала 2017 года по сравнению с аналогичным прошлогодним периодом, согласно информации, озвученной представителями ЦБ) усилилась проблема фондирования МФО для выдачи дополнительных объемов. К тому же компании стали готовиться к введению новых, повышенных нормативов резервирования средств на просроченную задолженность. Это усилило остроту дефицита свободных средств МФО, а следовательно, и актуальность вышеупомянутого пункта.Законодательные нововведения на рынке способствовали максимальной концентрации МФО на профильной деятельности: у большинства микрофинансовых организаций просто не нашлось ресурсов для развития дополнительных направлений.«Нет, весь я не умру»Однако все вышесказанное вовсе не означает, что идея «микрофинансового супермаркета» сегодня сходит на нет: она трансформируется.Во-первых, развивается не столько освоение микрофинансовыми организациями новых, непрофильных видов деятельности, сколько налаживание дополнительного канала фондирования (иногда нескольких) для выдачи займов. Так, из упомянутых 60 МФК принимают частные инвестиции населения около половины. Кроме того, появляются новые способы притока финансов: выпуск облигаций, привилегированных акций, открытие «филиалов» МФО в форме p2p-сервисов или КПК.Для заемщиков — в первую очередь новых и тех, у кого несколько испорчена кредитная история, — это означает повышение вероятности получения займов. «Гайки» скоринговых алгоритмов (особенно сейчас, при новых нормах резервирования) при наличии достаточного объема свободных финансов будут закручены несколько свободнее, нежели при его отсутствии. Этот фактор ускорит переток клиентов МФО в наиболее опытные и крупные компании (прежде всего МФК).Важным последствием этого процесса может стать большая степень лояльности МФО к своей постоянной клиентуре (основному контингенту сегодняшних заемщиков). Имея достаточную финансовую подушку безопасности, в борьбе за сохранение клиентской базы компании будут предлагать им все более выгодные условия.Во-вторых, весомое конкурентное преимущество сегодня получают организации, способные предложить заемщику несколько разновидностей оформления займов. В отношении PDL-компаний речь идет прежде всего об увеличении их сумм и сроков, а также возможности получения займов под залог имущества клиента (в качестве разновидности: любопытно, что в отечественной практике встречается даже такое понятие, как «групповая ответственность»). Это действительно то, что сегодня востребовано клиентами, которым часто гораздо удобнее получить большую сумму в выбранной компании (рассчитывая при этом на значимые финансовые преференции), а не обращаться в другую или оформлять несколько займов. В целом сказанное верно и в отношении компаний, специализирующихся на микрофинансировании малого и среднего бизнеса.В-третьих, в условиях все еще очень насыщенного рынка заемщика продолжает интересовать вопрос получения максимального количества вариантов оформления микрозаймов в одном месте. И, что еще более важно, их сравнения. Поэтому занимающиеся этим специализированные интернет-порталы по-прежнему востребованны. Более того, практика подтверждает эффективность работы порталов более широкой финансовой тематики (в их практической составляющей). В данном случае действительно можно говорить о «синергетическом эффекте», дающем таким компаниям ощутимые имиджевые преимущества, а клиенту — обоснованную уверенность в достоверности изложенной информации и обоснованности рекомендаций.Наконец, еще один яркий тренд — использование компаниями широкого диапазона «технических» возможностей — на выбор клиента. В случае с онлайн-МФК это может быть, например, наличие мобильного приложения. В случае с горячей линией (для любой компании) — возможность использования различных каналов связи, включая, в частности, мессенджеры и сообщения через соцсети. Достаточный выбор способов получения займа и его погашения — также важное преимущество в глазах заемщика. С учетом постепенного уменьшения базы спроса в густонаселенных городах и регионах (и ее смещения в сторону «глубинки») интернет-решения становятся в этом смысле все более востребованным вариантом. В любом случае, максимально широкий выбор — все более значимый рыночный плюс в любых смыслах.Ставка на «обезличивание»К упомянутым факторам, каждый из которых способен дать заемщику ощутимые преимущества сегодня и в ближайшем будущем, можно добавить вероятные технологические и маркетинговые «расширения». В первом случае в пример можно привести многообещающие перспективы развития POS-сегмента: например, займы под NFC-платежи (с мобильных устройств) или покупки в интернет-магазинах. В обоих случаях конкретные примеры в отечественной практике уже есть. Их дальнейшее развитие, очевидно, также будет весьма положительно для клиентов МФО.Что касается маркетинга, вдохнуть новую жизнь в изначальное понимание «микрофинансового супермаркета» (сформировавшееся на рынке в 2015—2016 годах) способно, в частности, «обезличивание» партнерских продуктов (концепция white label). Однако наиболее вероятным сроком воплощения такого сценария стоит признать не менее чем 2—3-летний период. За это время на рынке останутся лишь самые сильные игроки, объективно способные эффективно реализовать концепцию.Так или иначе, идею «супермаркета» стоит признать важным шагом на пути становления отечественного рынка МФО. Для клиентов любой вариант развития этого рынка в сторону микрофинансовых супермаркетов обещает стать выигрышным.Сергей СЕДОВ, генеральный директор сервиса онлайн-займов «Робот Займер», для Banki.ru



14.02.2018 00:00 Ждет ли Россию девальвация после выборов

Еще осенью, когда рубль слабел, экономисты всерьез обсуждали вероятность девальвации после президентских выборов-2018: дескать, до 18 марта рубль будут держать, а после — что случится, то случится. Насколько реально новое резкое ослабление рубля и к чему оно приведет?Рост цен на нефть, наметившийся в конце 2017 года, дает надежды закончить 2018-й без дефицита бюджета и в целом играет на руку очевидному следующему президенту России. Однако резкое, хоть и краткосрочное, падение рынков в начале прошлой недели заставило вспомнить о хрупкости нашего благополучия. Тем более что и США могут в любой момент преподнести нам очередной санкционный сюрприз. Можно ли ожидать в этих условиях резкого ослабления рубля после президентских выборов? И способна ли девальвация рубля помочь российской экономике начать расти сколько-нибудь заметными темпами, а не на 1,5% в год?Привычка падатьГлавный приз, который может получить экономика в результате девальвации, — импортозамещение. В теории. Однако на практике так бывает не всегда. «В 1998 году обвал рубля дал примерно на четыре года заметный эффект импортозамещения. Однако ни в 2008 году, ни в 2015-м подобного не было», — говорит директор аналитического департамента Промсвязьбанка Николай Кащеев.НовостьДевальвация 1998 года была самой глубокой: если в августе 1998 года, еще до дефолта, доллар стоил 6,3 рубля, то в январе 1999-го — уже 21. Девальвация, объявленная одновременно с дефолтом по госдолгу, была вынужденным ответом на два внешних шока: падение цен на энергоносители и кризис в Юго-Восточной Азии. Падение экономики оказалось резким, но коротким: начиная с 2000 года ВВП России рос весьма высокими темпами вплоть до следующего кризиса, 2008 года. Впрочем, тогда российская экономика росла не столько благодаря живительному воздействию кризиса, сколько из-за благоприятной внешней конъюнктуры — постоянно растущих мировых цен на нефть. Девальвации 2008 и 2014—2015 годов уже не были такими сильными. Целительный эффект в виде растущего импортозамещения и конкурентоспособного экспорта оказался минимальным. И можно быть уверенным: если девальвация случится в ближайшее время, России от нее будет один вред. По крайней мере, опыт последней девальвации, 2014—2015 годов, показал: за последующие три года зависимость российской экономики от импорта точно не снизилась. «Импортозамещение»: пока только слово придумалиВ период 2014—2017 годов российская промышленность сохраняла свою зависимость от импорта примерно на одном и том же уровне, показывают исследования Института Гайдара. Первые замеры были сделаны еще до девальвации, в апреле 2014 года. Тогда около 40% предприятий заявили о критической зависимости от импорта: невозможности отказаться от закупок импортного оборудования, сырья и материалов при любом росте цен. В декабре 2014 года, после девальвации, когда рост импортных цен стал неизбежен, а сам импорт упал практически на треть, 40% российских предприятий все равно были не готовы отказываться от импорта. О своей независимости от импорта в части машин и оборудования заявили лишь 22% предприятий, а в части сырья и материалов — 33%. Такой расклад заставил исследователей обратиться в 2015 году к причинам, мешающим импортозамещению. Основной барьер — отсутствие российского оборудования и сырья, причем любого качества: в январе 2015 года так ответили 62% предприятий. На втором месте — низкое качество отечественных аналогов: 35% ответивших. Последующие три года наблюдений показали, что значимых положительных сдвигов в производстве в России нового оборудования и сырья не произошло. Даже наоборот. За три года ситуация изменилась в худшую сторону. В июне 2017 года на отсутствие российского оборудования и сырья жаловались уже 69% предприятий, а на низкое качество российской продукции — 37%. Третьей по значимости преградой для импортозамещения стала недостаточная поддержка со стороны властей: в 2015 году на это жаловались в 18% случаев, в 2017-м — в 10%. Тем не менее за время кризиса небольшое импортозамещение все же произошло. Однако 2017 год показал снижение масштабов импортозамещения в закупках предприятий до самого низкого уровня за все три года мониторинга — импорт опять стал расти, как только стабилизировался курс рубля. В конце 2017 года 7% компаний сообщили о сокращении или о полном обнулении физической доли импорта в закупках машин и оборудования. Что касается импортного сырья и материалов, то от них к IV кварталу 2017 года смогли отказаться только 8% предприятий. Почему успехи оказались такими скромными? Эксперты Института Гайдара считают основной причиной сформировавшуюся за предыдущие годы зависимость российской промышленности от импорта. Закупая иностранное оборудование, предприятия были вынуждены переходить на импортные комплектующие и сырье: отчасти потому, что в России не производят адекватного по качеству сырья. Но в первую очередь потому, что зарубежные производители, как правило, стараются предложить комплексные поставки, чтобы привязать покупателя к своей продукции на всех этапах его использования.Впрочем, эксперты Института Гайдара подчеркивают: снижение объемов импортозамещения — это еще и следствие укрепления рубля в 2017 году.«Нашей экономике в большинстве случаев не удалось эффективно воспользоваться возможностями, которые предоставляет ослабление национальной валюты, — говорит Николай Кащеев. — Эти периоды можно было бы использовать хотя бы для некоторых структурных реформ. Поскольку такие периоды отчасти благоприятны в связи с ослаблением внешней конкуренции. Но каждый раз девальвация была лишь поводом пожать ее достаточно случайные плоды и продолжать вести бизнес как обычно. Потом девальвационный эффект утрачивался, и наша экономика вновь полагалась на нефть».Но, может быть, что-то изменится в следующий раз и новый виток обесценивания рубля принесет все же долгожданный эффект? Может быть, нашей экономике удастся произвести импортозамещение одних товаров и нарастить экспорт других?Лучше и не начинать«Возможности импортозамещения, при прочих равных условиях, представляются ограниченными, так как Россия в настоящее время не производит значительного ассортимента продукции, потребляемой на внутреннем рынке, — говорит главный инвестиционный стратег Ситибанка Дмитрий Голубков. — Делать капиталовложения и наращивать производственные мощности для обслуживания сравнительно небольшого по мировым меркам рынка (с населением около 147 миллионов человек) может оказаться не всегда рентабельным».Цитата«В направлении развития экспорта перспективы более интересные», — отмечает Голубков и напоминает о политике ряда азиатских стран, которые искусственно занижали курс национальной валюты, чтобы нарастить экспорт. Но помогло бы это России? Для этого, говорит Голубков, важно понять, в каких секторах экономики у России есть относительное конкурентное преимущество на внешних рынках. «Но важно также, чтобы рост прибылей данных секторов транслировался в рост капиталовложений, что позволило бы увеличить реальный выпуск и экспорт продукции, — считает эксперт. — При этом, принимая во внимание невозможность заменить часть импортной продукции российскими аналогами, важно «не перегнуть палку» с понижением курса национальной валюты». С другой стороны, только сильная девальвация и способна встряхнуть экономику, дать ей второе дыхание, уверен советник по макроэкономике генерального директора компании «Открытие Брокер» Сергей Хестанов. «Для того чтобы девальвация реально помогла экономике, она должна быть сильной, как в 1998 году, — утверждает Хестанов. — Масштаб же девальваций 2008 и 2014 годов был намного меньше». Отчасти с этим соглашаются и эксперты Института Гайдара. Одной из причин медленного импортозамещения, о котором мы говорили выше, они как раз называют вялотекущий характер кризиса 2015—2016 годов, который не привел к резкому сокращению выпуска в российской промышленности и не потребовал масштабного отказа от подорожавшего импортного сырья. Заплатит народ Но у сильной девальвации, которая только и могла бы помочь российской экономике, есть существенный побочный эффект. За эту помощь заплатило бы население — резким снижением уровня жизни, как это было, например, в 1998 году. «Около трети потребительской корзины — импорт, — напоминает Сергей Хестанов. — Соответственно, девальвация разгонит инфляцию». А поскольку рассчитывать на быстрое импортозамещение в ближайшем будущем не стоит, то «понижение курса рубля просто сделает более дорогими импортные товары для российского потребителя», поясняет Дмитрий Голубков.Ускорение инфляции и снижение реальных доходов населения — это реальность девальвации. Но в России реальные доходы населения и так уже снижаются четвертый год подряд. Заставлять людей терять еще больше чревато. Как говорят все чаще, «телевизор побеждает холодильник только на коротких промежутках времени». «Девальвация чревата не только инфляцией, но и ухудшением как потребительских настроений, так и самочувствия бизнеса и доверия к национальной валюте, которое восстанавливается медленно и с большим трудом», — обращает внимание Николай Кащеев.«Формирование девальвационных ожиданий снижает экономическую активность. И в более длительном промежутке времени может, напротив, привести к замедлению темпов экономического роста», — полагает портфельный управляющий УК «Альфа-Капитал» Дмитрий Дорофеев. Рубль может упасть. Но чуть позже Хорошая новость состоит в том, что резкая девальвация — маловероятный сценарий в ближайшем будущем: нефть относительно дорогая, а санкции против России пока несерьезные. Рост стоимости нефти привел к снижению дефицита бюджета, говорит Сергей Хестанов. Большого избытка нефти на рынке сейчас нет, рост добычи вне ОПЕК идет очень медленно, соответственно, сильного давления на рубль пока не наблюдается. Это временное явление, но время еще есть, считает Хестанов. По крайней мере, до 2020—2022 годов. Введение нового бюджетного правила стало стабилизатором для экономики и заметно снизило нашу подверженность негативным внешним шокам как на рынках капиталов, так и на рынке нефти, считает Дорофеев. «В результате даже при существенном снижении цен на нефть заметного снижения курса рубля произойти не должно, за счет соответствующего снижения объемов покупки валюты со стороны Минфина», — уверен эксперт. «Власть в настоящее время заинтересована в сохранении стабильности на валютном рынке и отсутствии резких изменений на нем, — продолжает Дмитрий Дорофеев. — Именно сохранение данной политики в дальнейшем позволит значительно ускорить потенциальные темпы экономического роста РФ». Впрочем, небольшое ослабление валюты российской экономике помогло бы, полагает Сергей Хестанов. Вариант, который был бы идеален, по мнению эксперта, — это «плавное снижение курса рубля с темпом, сопоставимым с инфляцией». Правда, при этом Хестанов уверен, что лучшим способом стимулировать рост экономики был бы тот, о котором говорят уже лет 20: реформы, защита частной собственности, дерегулирование, приватизация. Милена БАХВАЛОВА, Banki.ru


Открытые вопросы