Наказывать надо и руководителей налоговых инспекций

Т. В. Макарова, обозреватель «Федерального агентства финансовой информации»

Наказание в виде лишения свободы сроком до десяти лет для должностных лиц налоговых инспекции предусматривается за умышленно причиненный фирме крупный ущерб (более 1 миллиона рублей). Эту и другие поправки в Уголовный кодекс предполагают внести законодатели. Работа над ними идет в подкомитете по налоговому законодательству Комитета по бюджету и налогам Госдумы.

Депутаты Наталья Бурыкина и Андрей Макаров предлагают установить персональную ответственность должностных лиц налоговых служб за сознательное нанесение вреда налогоплательщику. О работе над законопроектом и его перспективах экспертам журнала «Консультант» поведала один из авторов поправок и председатель подкомитета Наталья Бурыкина.

– Наталья Викторовна, что стало причиной появления этого законопроекта?

– Во-первых, еще в период работы Думы третьего созыва в Уголовный кодекс был внесен ряд статей. Они предполагали, что за заведомо умышленное представление налогоплательщиком ложных данных в налоговой декларации, а также по ряду других деяний для него возникает уголовная ответственность. Мы решили, что в этом вопросе должна быть некая зеркальность, то есть подобную ответственность логично предусмотреть и для сотрудников налоговых органов.

Во-вторых, сегодня в Уголовном кодексе есть наказание за общие правонарушения, такие как взятка и злоупотребление служебным положением. Мы же вводим немного другие, самостоятельные составы преступления, которые тоже должны считаться уголовными. Например, вынесение заведомо незаконного решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения либо отказ в вынесении решения (предполагаемый размер штрафа – 300 тысяч рублей. – Прим. ред. ).

– А какова цель предложенных поправок?

– Основная цель – улучшить качество налогового администрирования. Проблема в том, что все по-разному понимают, что значит «качество». Одни считают, что это когда налоговый инспектор должен найти нарушения и находит их. А мы полагаем, что если контролеры пришли на проверку, а нарушений нет, то они должны этим удовлетвориться, составить соответствующий акт и сказать налогоплательщику спасибо. Конечно, нельзя утверждать, что наши поправки имеют в этом отношении стимулирующий характер. Но если работники налоговых органов выносят заведомо неправомерные решения, они должны знать, что будут за это отвечать. Вообще, должен быть установлен постулат, что налогоплательщик изначально честен.

– Представители Федеральной налоговой службы, наверное, не в восторге от ваших инициатив?

– Да, они считают, что принятие этих поправок ущемляет их права. Но это не так, очень важно подчеркнуть принципиальный момент. Предлагаемые нормы, вводящие уголовную ответственность, никоим образом не ограничивают полномочия работников налоговых органов. Если контролеры действуют в рамках закона, то никаких правовых последствий для них не наступает. Поэтому беспокоиться им не о чем – если они законопослушны, разумеется. Замечу еще, что ответственность устанавливается не для самих инспекторов, а для должностных лиц, уполномоченных на вынесение решения по результатам налоговой проверки. Это, как правило, начальник инспекции либо его заместитель.

– Наталья Викторовна, какие меры, по-вашему, наиболее оптимальны в рассматриваемой сфере?

– Я считаю, что ответственность должна быть соразмерна деянию. Что касается конкретных сумм и сроков, то лично я не сторонник применения такой меры уголовного характера, как заключение под стражу. На мой взгляд, правильнее было бы вынести проблему в административную плоскость, то есть ограничиться высокими штрафами. Причем как в отношении налогоплательщиков, так и должностных лиц налоговых органов. В качестве уголовного правонарушения следует квалифицировать только мошенничество, за другие же деяния установить административную и материальную ответственность. Такой подход существует во многих странах. Однако наше право построено несколько иначе.

– Наверняка руководство налоговых органов само не заинтересовано в том, чтобы их сотрудники привлекались к уголовной ответственности…

– Вообще подход Федеральной налоговой службы к «своим» нарушителям отличается от других органов. Когда они выявляют недобросовестного сотрудника, то либо ограничиваются дисциплинарным взысканием, либо увольняют его, если нарушение было серьезным. В то же время по закону его, возможно, нужно сажать. Последствия от неправомерных действий такого рода крайне опасны для общества.

– Как вы думаете, принятие поправок сможет решить существующие проблемы?

– Если система налогового администрирования будет работать правильно, то новые статьи будут редко использоваться. Тогда и процент дел, проигрываемых налоговыми органами в судах, может сократиться. А если инспектор приходит с целью найти нарушение у компании, а потом выносится неправомерное решение, то поправки будут работать, и это тоже принесет свои плоды.

– Как вы оцениваете перспективы принятия законопроекта?

– Какое решение примет Дума, мне сложно сказать, потому что мы только в самом начале пути. Ситуация станет более понятной, когда окончательный текст поправок будет утвержден Комитетом по бюджету и налогам. Но как автору поправок мне кажется, что у проекта хорошие перспективы.

– И когда предложенные вами нормы могут вступить в силу?

– Мы планируем закончить работу над законопроектом в весеннюю сессию. А поскольку он касается положений первой части Налогового кодекса, то заработать может уже через месяц после опубликования. Отдельные нормы, под которые нужно будет подготовить какие-то дополнительные акты, могут вступить в силу с начала следующего года.

– Наталья Викторовна, какие еще поправки сейчас готовит ваш подкомитет?

– Во-первых, на прошлом заседании подкомитета мы обсуждали поправки, связанные с обязанностью различных органов давать разъяснения по налоговым вопросам. В результате решили разграничить их функции следующим образом. На жалобы и заявления организаций должен отвечать налоговый орган, то есть Федеральная налоговая служба, поскольку жалуются как раз на ее сотрудников. Разъяснения же по вопросам применения законодательства будет давать Министерство финансов. Что касается времени для ответа, то ФНС предлагается установить срок в месяц, а Минфину – до трех месяцев. Это позволит избежать разногласий в разъяснениях – на наш взгляд, у ФНС вообще не должно быть своего мнения, отличного от Минфина.

Другая наша инициатива касается ситуации, когда по результатам налоговой проверки вынесено решение, но налогоплательщик с ним не согласен. Мы предлагаем, чтобы в течение пяти дней с того момента, как он узнал о результатах проверки, у него была возможность обжаловать решение инспекции. Причем как только налоговый орган получает жалобу, все действия с его стороны в отношении налогоплательщика должны приостанавливаться. Конечно, руководству налоговых органов не нравится эта инициатива, они считают, что такая норма осложнит их работу. Но мы не видим тут проблемы – просто вышестоящая инстанция должна дать быстрый ответ, поддерживает она деятельность органа, вынесшего решение, или нет.







Постоянная ссылка на статью: